О ставропольских призраках, кладах и легендах. Часть I

Легенда об утраченном символе ставропольского герба

История города Ставрополя с самого момента его основания  была тесно связана с масонами и масонскими ложами. В Ордене Вольных Каменщиков - масонской организации, символика которой отразилась на многих зданиях Ставрополя, из поколения в поколение передаётся легенда об исчезнувшем символе. Данная легенда вдохновляет масонов на поиск утерянных знаний по эзотерике.

Данная легенда очень хорошо изложена в книге Р.В. Нутрихина "Мистическое Ставрополье".

Как пишет известный ставропольский краевед Р.В. Нутрихин, "Как ни странно, геральдика Ставрополя тоже связана с историей об утраченном символе, который имеет самое непосредственное отношение к масонству". С современным гербом Ставропольского края связан очень интересный факт- существенное расхождение визуального изображения герба с его официальным описанием в соответствующем краевом законе. В статье 2 Закона "О гербе Ставропольского края" (принят краевой Думой 15 мая 1997 года): "Геральдический щит разделён по горизонтали на две части. В верхней половине на голубом фоне помещён главный элемент исторического герба Ставропольской губернии, утвержденного в 1878 году, - на вершине серебряной горы изображение крепости, к воротам которой ведёт дорога. Над воротами изображение пентаграммы (пятиугольник) как символа защиты и охраны". Если внимательно посмотреть на утверждённый тем же законом рисунок герба, то  можно с удивлением обнаружить, что в нем нет никакой "пентаграммы над воротами"! В тексте закона её наличие прописано, а по факту на самом гербе её просто нет! Здесь следует отметить, что причина такой странности нашего герба связана с неоднозначностью трактовки самого символа пятиконечной звезды-пентаграммы. Н.А. Охонько упоминает, что когда в Городской Думе в 1990-х годах разгорелась дискуссия о возрождении исторического герба, принятого в 1878-м году, "Почему-то у многих негативное отношение сложилось и к такому элементу ставропольского герба, как серебряная звезда, помещённая во главе щита. Нашлись и такие оппоненты, которые видели в этом масонское влияние... Тем не менее создание герба и флага продолжилось. Все варианты рассматривались депутатами... После долгих дискуссий удалось достигнуть согласия в том, чтобы в новый герб поместить основу исторического герба, отказавшись при этом от использования зелёного цвета и звезды.

Герб Ставропольской губернии. 1878 г. Над крепостной стеной расположена серебряная звезда. 

Пятиконечная звезда-пентаграмма действительно была одним из элементов старого ставропольского герба XIX века.  Дореволюционный герб Ставропольской губернии был принят по указу Александра II 5 июля 1878 года, его автором был начальник Государственной Герольдии Борис Васильевич Кёне. "Принимая во внимание, что город Ставрополь расположен на горе, - писал он, полагаю изобразить в оном городскую стену на горе, сопровождаемую во главе щита звездою, указывающей на образование края под покровительством России". Описание, составленное бароном Кёне для ставропольского герба, гласило: "В зелёном щите, на серебряной горе, золотая зубчатая с чёрными швами и сквозными воротами крепостная стена, увенчанная, во главе щита, серебряною о пяти лучах звездою. Щит увенчан золотою башенною короною о трёх зубцах и окружён двумя золотыми колосьями, соединёнными Александровскою лентою". Точных сведений о принадлежности Б.В. Кёне к Ордену Вольных Каменщиков нет. Как отмечает Р.В. Нутрихин, "Окружение этого крупного нумизмата, археолога и геральдиста свидетельствует о наличии в его жизни прочных массонских связей. Ещё до приезда Кёне в Россию к Братству принадлежал один из его родственников- скульптор Карл-Вильгельм Кёне, посещавший петербургскую Ложу Пеликана". Пентаграмма - это звезда с пятью лучами (от греч. "пятисторонняя"), другое её название - "пентальфа" (от греч. пента - пять, альфа - буква) - т.е. составленная из пяти греческих букв. В философии пифагорейцев - последователей Пифагора, пентаграмма была символом Человека как Микрокосма - малого Космоса, и обозначала "отражение Вселенной в миниатюре". 

Как пишет Р.В. Нутрихин, "действительно, если человек широко разведёт руки и ноги, то образует своим телом магическую пентальфу". Также пентальфа была символом Здоровья, совершенной внутренней гармонии вкупе с внешним- душевным и физическим - благополучием идеального человека". Ещё одно значение пентальфы - это геометрическая эмблема числа "пять", которая символизирует пять природных стихий - огонь, землю, воздух, воду и Эфир), и пять человеческих чувств (зрение, слух. обоняние, осязание, вкус). Если правильно понять пентаграмму, можно найти ключ к двум мирам. Пятиконечная звезда обозначает положение пяти таинственных центров силы, пробуждение которых представляет высший секрет белой магии. Исследователь и основоположник сакрального краеведения Р.В. Нутрихин выдвинул очень интересную гипотезу, почему символ пентаграммы мог попасть на старый Ставропольский герб: "... на гербе дореволюционного Ставрополя изображена не просто пентальфа и крепость, а более сложная символическая конструкция: крепость на горе под пятилучевой звездой, что соответствует масонскому символическому канону "Холма Добродетели, каким мы видим его на тайных аллегориях Древнего Братства..." Первый герб Ставропольской губернии содержит масонский символ - "Холм Добродетели под Солнцем Истины"... "...в Ордене Вольных Каменщиков этот Холм рассматривается как некая веха, расположенная к северо-востоку от Соломонова Храма в Иерусалиме. Вместе с тем, на первом гербе Ставропольской губернии, при соблюдении всех масонских канонов, данный Холм олицетворяет всё-таки вполне конкретный географический ориентир- Крепостную гору в городе Ставрополе- Кавказском". В качестве прообраза второго ориентира - Иерусалимского Храма, выдвигается расположенное к северо-востоку от Крепостной горы Татарское городище.  Выдвижение Татарского городища в качестве второго масонского ориентира небезосновательно. В VIII в. н.э. территория Ставропольской возвышенности вошла в состав Хазарского каганата. Татарское городище приобрело статус одного из военно-политических и торгово-экономических центров Хазарии. 

Герб Ставропольского края, на котором отсутствует серебряная звезда. 

Однако мало кто знает о том, что хазарский хан Булан, обративший свой народ в иудаизм, построил здесь Храм Яхве, в точности повторявший разрушенный Иерусалимский Храм, как он описан на страницах Библии. В хазарском Храме Яхве хранилась главная святыня хазар - хазарский Ковчег Завета. Раскопки на Татарском городище показали, что хазарская реконструкция Иерусалимского Храма могла располагаться именно здесь. В цитадели городища были обнаружены следы плохо исследованного культового сооружения: "Внутри неё чётко прослеживаются руины двух каменных строений. Одно из них занимает центральное положение и, судя по планировке, представляет собой остатки храма". Под предполагаемым "Храмом" археологи выявили сеть подземных ходов и помещений. Возможно, о существовании данного Иерусалимского Храма знали и местные массоны-основатели города Ставрополя. Как пишет Р.В. Нутрихин, "Крепостную гору они сделали, таким образом, олицетворением "Холма Добродетели под Солнцем Истины", который должен находиться к северо-востоку от Соломонова Храма. Оттого-то этот масонский символ, вероятно, и появился в своё время на первом гербе города Ставрополя". Тем более, что, как и в масонских преданиях, Татарское городище (Соломонов Храм) и Крепостная гора (Холм Добродетели под Солнцем Истины) соединены таинственным подземным ходом: наличие  двух входов в подземный тоннель - один на Крепостной горе, а другой - у Татарского городища, подтверждают некоторые очевидцы, о которых будет описано далее.

Легенда о ставропольских подземельях и "Втором Ставрополе".

Одна из популярных городских легенд повествует о целом подземном городе под Ставрополем, с огромным количеством лабиринтов и тайных ходов. 

Как пишет директор Ставропольского краеведческого музея Н.А. Охонько, «Есть объективные данные о наличии подземных ходов, а есть мифы и легенды. К ним относится предание о том, что под землей существует путь, ведущий от Крепостной горы к женскому Иоанно-Мариинскому монастырю, который находился на территории современного северо-западного микрорайона. Увы, но это только легенда, потому что, если бы наши предки действительно его прорыли, то мы обязательно нашли бы какие-нибудь документы».

Один из предполагаемых входов в ставропольские подземелья. Адрес: ул. Подгорная, д. (район Казанского кафедрального собора).

Упоминания о существовании подземных ходов, расположенных под Ставрополем, встречаются в XVIII, XIX и XX веках. Легенды и мифы о существовании катакомб под Ставрополем имеют реальные основания. Наиболее достоверным является упоминание ветерана  Великой Отечественной войны Игоря Анисимова: «В марте 1944 года нас, семнадцатилетних юношей, собрали в Ставрополе на военные сборы перед отправкой в 4-й Кубанский кавалерийский полк. Наши казармы и конюшни находились в то время в районе Верхнего рынка. На занятия мы часто ходили по подземным ходам, которые пронизывали весь город. Подземный город называли в то время «Второй Ставрополь». По подземным коммуникациям ходили все время в противогазах, таков был приказ командования. В подземных «улицах» часто сходились в учебную рукопашную, ходили на стрельбище. На Комсомольский пруд часто ездили на лошадях по подземелью. Лошади были монгольские, низкорослые. Голова всадника едва касалась потолка». Кроме того, в его воспоминаниях вкратце описывается ход под Татаркой: "На стрельбище ходили по естественно сложённому природой подземному ходу в Татарский лес, где выбирались на поверхность возле скал и через молодой пролесок марш-броском достигали нынешней территории стрельбища. Отстрелявшись, возвращались тем же подземным ходом под Татаркой, либо поверху. Иногда, чтобы быстрее добраться до казарм, выходили из "подземного Ставрополя" в районе Даниловского кладбища и шли строем в часть". 

Ставропольские историки, краеведы и местные журналисты КП выдвигают несколько версий появления подземных ходов под Ставрополем:

1. Христианская.По крайней мере, в некоторые гроты, расположенные в Татарском городище, мог вести подземный ход, вырытый в сталинские времена, где от гонений скрывались верующие. Такую точку зрения высказывал директор Ставропольского краеведческого музея имени Г.Н. Прозрителева и Г.К. Праве Николай Охонько.                                                                                       

2. Воздействие подземных вод. Кандидат исторических наук, доктор политологии Геннадий Косов: - Если подземные ходы и имеются, то это не дело рук человека, а «происки» подземных вод и обвалов. В пользу этой версии говорит и тот факт, что в Ставрополе огромное количество подземных родников и ключей. По имеющимся данным, на конец XIX в. в городе имелся 1881 действующий колодец и около 700 заброшенных.          

3. Промышленная. Ходы появились во время промышленной добычи песка, камня-ракушечника, массового строительства каменных зданий.                                                                  

4. Ведомственная. Пещеры могли специально создаваться как склады, арсеналы для хранения пороха и ядер или использоваться в других целях. Именно такие подземные гроты обнаружили заключенные, разбиравшие Казанский кафедральный собор в 30-е годы ХХ века. Были большие специальные подземные помещения и под зданием НКВД (сейчас ФСБ), территория подземных помещений НКВД доходила до стадиона "Динамо". В 2007-м году при реконструкции стадиона "Динамо" один из экскаваторов провалился под землю в одно из глубоких помещений бывшей тюрьмы НКВД.                                                                                   

5. Военная. Согласно этой версии, часть подземелий создавалась для военных целей: бомбоубежища, лазареты и т. д. В пользу этой версии говорит наличие больших подземных помещений, возможно, использовавшихся под морг под 1-м военным госпиталем, где сейчас находится противочумный институт. От этой версии пошла легенда, так и не нашедшая своего подтверждения о существовании глубоко под землей бункера немецкого фельдмаршала Клейста.                                                                                                                  

6. Историческая. Согласно ей первые «пустоты» относятся к IV - III вв. до н. э., в которых производили погребения раннесарматского периода.                                                                  

7. Масонская. Часть проходов могла быть вырыта членами тайной масонской ложи для собраний. В пользу этой версии говорят многочисленные воспоминания, согласно которым в XIX веке многие ставропольские чиновники и купцы состояли в разных ложах.

Предполагаемые места нахождения входов и выходов ставропольских подземелий: 1) территория Андреевского кафедрального собора; 2) территория Северо-Кавказского Федерального университета (ул. Пушкина, 1); 3) район памятника Будённовцу; 4) район старого ЗАГСа; 5) район памятника И.Р. Апанасенко; 6) район Комсомольского пруда; 7) район Верхнего рынка; 8) район Иоанно-Мариинского женского монастыря; 9) район Даниловского кладбища; 10) район Татарского городища; 

По мнению автора блога "Старый Ставрополь", входы в подземный город могут быть расположены и в других местах. Например, в 2012-м году при строительных работах по адресу Зоотехнический, 13 при раскопках котлована был обнаружен засыпанный землёй вход в тоннель, который, предположительно, вел к Епархиальному училищу, ныне аграрный университет. Однако ныне данный вход засыпан. Подземный ход может быть расположен и под Крепостной горой. Существует вход, который располагается под Казанским собором. Данный вход, возможно, ведёт в неизвестный тоннель. Точный адрес данного входа - ул. Подгорная, 2. 

Один их предполагаемых 

входов в ставропольские подземелья (по мнению автора блога "Старый Ставрополь") - ныне зарытый. Адрес: ул. Зоотехническая, д. 13.

Н. Охонько косвенно подтверждает, что подземный ход от Крепостной горы на дальнее расстояние все же мог быть: «О существовании тайного хода из подвалов Казанского кафедрального собора (ныне на его месте установлен памятник генералу Апанасенко) нам поведал ставропольчанин, служивший в 20-е годы в частях особого назначения. Он нашел подземный ход, погнавшись за беспризорником, укравшим на рынке сумочку. Уходя от погони, воришка нырнул в яму, которая оказалась входом в подземелье Казанского собора. Во время войны ход был завален». 

Сохранилось и описание внутреннего вида данных подземных ходов. По воспоминаниям  жительницы г. Ставрополя - Т. Маркиной, в 1960-е гг. во время учёбы их классу была проведена экскурсия по подземному ходу, который вёл от Казанского кафедрального собора: "Это был коридор шириной примерно два с половиной метра и такой же по высоте. Потолок – в виде свода, полукруглый. Через каждые, опять же, как я сейчас прикидываю, примерно три-четыре метра он подпирался толстыми дубовыми бревнами, поверх которых горизонтально были закреплены доски. По бокам на определенном расстоянии друг от друга были вбиты железные трубки. В них под наклоном вставлены палки, обмотанные, я так думаю, паклей. Она-то, смоченная, вероятно, каким-то горючим веществом, и горела, давая освещение ... Перед спуском нам выдали дыхательные аппараты – маски. Проинструктировали, как ими пользоваться. Мы шли в них, время от времени снимая. Дело в том, что в потолочном своде через определенные промежутки были широкие, не могу точно сказать какие, но, скорее всего, керамические трубы для вентиляции. Через некоторые из них даже кусочки неба можно было видеть.

Таинственный тоннель в одной из ставропольских катакомб (подземный ход).

Помню, кто-то из нас спросил: как же так, мол? Сверху через эти трубы и провалиться можно? Провожатый пояснил, что, во-первых, выходы труб расположены в недоступных местах, а во-вторых, сверх них проложена прочная металлическая сетка, которая, в свою очередь, замаскирована... Тут могли храниться сокровища, денежные запасы. Подтверждением тому были встретившиеся нам сначала две массивные железные двери, за которыми могли находиться эти самые хранилища, а через какое-то время еще две такие же. Но в сами помещения мы не заходили. А уже ближе к выходу, действительно, были комнаты, судя по размерам дверей, совсем небольшие Их было много. Двери были закрыты, и что там за ними, я не знаю: мы уже шли, не задавая вопросов. Больше я ничего не могу сказать".  

В дальнейшем точные сведения о существовании подземных ходов под городом теряются. Не сохранилось и документов об их реальном существовании. Возможно, в советское время документы о существовании подземных помещений под Ставрополем и хранились в местных архивах, но в целях безопасности данные документы были засекречены или уничтожены. 

Если Вам удастся обнаружить настоящий вход в подземный лабиринт - при посещении подземных тоннелей под городом будьте осторожны: надевайте противогаз, так как в подземных помещениях может быть очень много взрывоопасного газа - метана. 

Один из таинственных ходов в легендарное подземелье. 

Невидимые защитники града Креста

В 1843-1847 гг. по проекту московских архитекторов К.А. и А.А. Тонов в стиле византийского крестово-купольного храма был построен Казанский кафедральный собор. Собор был настолько красив и поражал своим великолепием, что среди местных старожилов родилась легенда: когда на город спускается ночная тьма, восстают из своих могил отцы-основатели и богатые ставропольские купцы и вместе с епископом молятся в храме о судьбах и нуждах города Ставрополя. Данная легенда, несмотря на то, что современный собор является новоделом, не теряет своей актуальности и сегодня: при раскопках на территории Казанского кафедрального собора были обнаружены захоронения местных  почётных граждан XIX столетия. 

Казанский кафедральный собор. Фото А. Жердев. 2012 г. 

Призраки дома губернатора 

Здание с кариатидами на проспекте Карла Маркса, где ныне находится Ставропольская Городская Дума, было построено в 1903 году губернатором Ставрополя и главой Ставропольской губернии Н.Е. Никифораки (1838-1904 гг.) в качестве своей резиденции. По описаниям современников, интерьер дома губернатора поражал своим великолепием: мебель из черного и красного дерева, художественная лепнина, тяжелые хрустальные люстры, лакированный паркет. После смерти губернатора в 1904 г., дом губернатора неоднократно менял своих хозяев. Изменялся и внутренний интерьер, от первоначального облика которого ничего не осталось. Однако в доме с годами начали происходить очень странные вещи. Как рассказывают в Думе, охранники боятся оставаться в доме на ночное дежурство: они рассказывают, что ночью дом буквально оживает: кто-то охает, ахает, ходит по коридорам и скрипит паркетом. Сложно определить, кто ходит по ночам по коридорам бывшей губернаторской резиденции, но возможно. Ключ к разгадке следует искать в повести ставропольского дореволюционного писателя Ильи Сургучёва "Губернатор", в которой и фигурирует этот дом. Повесть "Губернатор" посвящена непростой жизни ставропольского губернатора в сложные предреволюционные годы: он вынужден ценой собственных усилий и чужой крови подавлять восстания в селах ставропольской губернии, его дочь умирает от чахотки, затем наступает революция. О каком именно человеке идет речь — неясно, но действие происходит в этом доме и явно основано на реальных событиях. В повести показано экстраординарное состояние психики людей, которые находились у власти в предреволюционные годы. У Сургучёва всё это отпечатывается в зеркале: губернатор подходит к нему и видит свою боль. Зеркало способно накапливать энергетику места, в котором оно находится. У зеркал есть память. Зеркало способно фиксировать эмоции человека и события происходящие перед ним, а затем служить своего рода передатчиком, возвращая их тому, кто будет впоследствии в него смотреться. Как утверждают исследователи, в старом зеркале, которое все время находится на одном месте, иногда можно видеть то, что перед ним происходило в прошлом.  Кроме того, зеркало издавна считается порталом в потусторонний мир. Зеркало, которое описывает Сургучёв, сохранилось, и до сих пор весит в одном из кабинетов Городской Думы на том же месте. Возможно, именно из этого зеркала по ночам выходит душа человека, который когда-то жил или работал в бывшем доме губернатора, и прогуливается по пустынным ночным коридорам Ставропольской Городской Думы. Но это только собственная версия автора блога.    

  Дом губернатора и его призраки.

"Замок с привидениями"

В Ставрополе есть один дом, пользующийся дурной славой. Местные стараются обходить его стороной. Это дом №100 по Комсомольской улице. По легенде, дом этот в позапрошлом веке принадлежал одной грузинской княгине, прозванной за свою красоту "Второй царицей Тамарой". Особа отличалась любовью к искусству и мужчинам. Красоту дома она берегла, а вот толпы молодых любовников, которых туда приводила, хладнокровно угощала отравленным вином. И хоронила прямо за красивым забором. Мятущиеся души обманутых мужчин до сих пор появляются при полной луне… Так говорят. — По другой версии, дом этот был построен «хлебным королем» Кавказа Гулиевым для своих любовниц. Архивные документы, к сожалению, не сохранились, — рассказывает краевед, автор книг по истории Ставрополья Герман Беликов.    

 Известно лишь, что это усадебное место первоначально принадлежало купцу 1-й гильдии Игнатию Юдовичу Волобуеву, построившему здесь (под № 102). два доживших до нас кирпичных дома с арочными воротами. Затем усадьба перешла его дочери Анне Игнатьевне Волобуевой, вышедшей замуж за известного предпринимателя, почётного гражданина города и городского голову - Сергея Федоровича Деревщикова.  

Рядом с отцовскими домами молодожены построили свой дом в четыре этажа, который своей архитектурой напоминал старинный средневековый замок. Вскоре после возведения здания Деревщиков умирает, и Анна Игнатьевна Волобуева продает этот дом. Новая владелица сдаёт этот дом постояльцам, среди которых был бакинский миллионер, владелец самых крупных мельниц на Кавказе - Ага Балы Гулиев. Несколько комнат снимала игуменья Ставропольского Иоанно-Мариинского женского монастыря Феофила. Здесь же верхний этаж занимали монахи из Закавказья, пугая обитателей дома черными сутанами с капюшонами и своими заросшими щетиной лицами. 

С того времени в городе появились домыслы, что в доме-замке происходят непонятные бесовские деяния, сопровождаемые странными звуками, напоминающими то хохот, то рыдания... 

Во время русско-японской войны в здании разместился госпиталь, где выздоравливали и умирали от ран русские солдаты и офицеры, доставленные сюда из Манчжурии. С того времени здесь как бы поселился дух смерти. Затем был госпиталь Первой мировой войны, наконец -гражданский. Здесь несколько горских офицеров из "Дикой Дивизии" Добровольческой армии перерезали горло более 30 раненым красноармейцам, этим ещё более усилив дурную славу дома. И когда в советские 20-е годы здесь же разместился один из многочисленных репрессивных аппаратов большевиков, люди стали обходить этот дом стороной. Правда, вскоре здесь обосновался туберкулёзный диспансер, что, однако, не придало дому привлекательности. Более того, в городе поползли слухи о якобы появлявшихся здесь по ночам привидениях с душами некогда умерших от ран или погибших от рук бело-красно-зелёных мстителей". 

Сегодня дом-замок, где в последнее время находилось общежитие медицинских работников, стремительно разрушается. Обрушаются его уникальные балконы. Над карнизом западной квадратной башни дома ещё сохранилось стилизованное под крепостную "Зубчатку" каменное ограждение, но над восточной округленной башней оно давно снесено. Нет и междубашенного каменного ограждения с огромными вазами для цветов. Некогда большие квадратные и узкие  " готические" окна с зеркальным блеском стекла, давно выбитого и заменённого на "бутылочное", уныло однообразны своей "новой" полусгнившей столяркой и грязными стёклами. Давно погиб и роскошный сад в глубине усадьбы. Дом-замок взывает о помощи.  В 2020 году в этом доме-усадьбе планировалось открыть музей, посвящённый истории ставропольского "Дома с привидениями". Но даже новому хозяину оказалось не под силу содержать данный участок земли - он не смог выполнить свои обязательства. Дом до сих пор стоит заброшенным и пустым.

  Ставрополь. Дом с привидениями. Фото второй половины XX века. 

                    

Дух красивой девушки из ставропольской мечети  

Мечеть была построена в 1915-м году на средства мусульманского общества по проекту архитектора Г.П. Кускова. После открытия мечети среди ставропольских граждан поползли слухи о том, что у князя Давлет-Гирей Бибердова была единственная дочь, которая по воле Аллаха в 17 лет ушла в мир иной, и похоронена она была... На том самом месте, где и построили мечеть! Отсюда среди местных жителей и родилась легенда о том, что в дни празднования Рамадана в полнолуние и в полночь  на балконе минарета (башни) мечети можно увидеть дух прекрасной девушки в белом платье. 

Тот самый минарет на ставропольской мечети, где появляется призрак девушки.

P.S.: продолжение цикла рассказов о ставропольских призраках, легендах и кладах будет представлено в части II. 

При подготовке данной статьи использовались следующие материалы: 1. Р.В. Нутрихин "Мистическое Ставрополье"; 2. Г.А. Беликов "Старый Ставрополь"; статьи из газет и электронных газетных изданий: 3. А.Ф. Чернов-Казинский "В Ставрополе под землей": https://stapravda.ru/20081128/V_Stavropole_pod_zemlej_34428.html; 4. А. Романова "Топ 5 мистических мест Ставрополя":  https://atvmedia.ru/materials/top-5-misticheskih-mest-stavropolya; 5. А. Асрян: Городские призраки: в гостях у призраков Ставрополя": https://etokavkaz.ru/gorod/gorodskie-legendy-v-gostyakh-u-prizrakov-stavropolya Филиппович Е., Степанова А., Сагаева М.; Анохина С. Пять домов с привидениями https://etokavkaz.ru/gorod/pyat-domov-s-privideniyami

"История Гулиевской мельницы"

Сказ о Гулиевской мельнице 


Сразу за Тифлисскими воротами на восток

существовал огромный выгон, с 

Мельница купца Гулиева. Фото начала XX века.

устройством здесь первых ярмарок  

названный Ярмарочной площадью. Первые ярмарки, как сообщают архивные документы, в г. Ставрополе начали устраиваться с начала 40-х годов позапрошлого столетия. Это - летняя Троицкая ярмарка, открывавшаяся ровно через два месяца после Пасхи. Затем - осенняя Ивановская, начинавшаяся 12 октября. И, наконец, с начала нового XX века с 29 августа проводилась ещё одна осенняя ярмарка - в честь Св. Иоанна Предтечи.

Мельница купца Гулиева, перестроенная по проекту архитектора Г.П. Кускова в 1908-м году из мельницы купца Баранова. Фото конца 1900-х-начала 1910-х г.г.

Ярмарочная площадь по своей окраине начала застраиваться различными промышленными предприятиями, а также, с проведением сюда железной дороги, складскими и прочими строениями, где хранились зерно, кожа, лес, керосин и нефть... На южной стороне площади майкопским купцом Иваном Барановым в 1902-м году была построена паровая вальцовая мельница, которая затем перешла к А.-Б. Гулиеву - промышленнику-миллионеру, основателю Кавказского акционерного общества. Ага-Балы Гулиев перестраивает барановскую мельницу. Газета "Юг" за 1908 год в №10 сообщала: "В Ставрополе вновь построена по последнему слову техники вальцовая мельница А. Б. Гулиева". Новую мельницу строил инженер Г. Кусков.

Мельница купца Баранова. Фото начала XX века. 

В 1914 году Гулиев по проекту инженера Савицкого возводит железобетонный элеватор на 500 тыс. пудов зерна, куда были подведены железнодорожные пути. Общая стоимость мельницы оценивалась в 351950 рублей серебром, что по тем временам было значительной суммой.

Рядом с мельницей А.-Б. Гулиева была построена ватная фабрика Муратова, с начала Первой мировой войны перестроенная в мясоконсервный завод.
Здесь строится и суконная фабрика.

На северной стороне площади ещё в 1901-м году торговый дом "К.Анпетков и А.Унаков" строит ещё одну мельницу, ничем не уступающую мельнице Гулиева, - в шесть этажей с четырнадцатью сорокадюймовыми вальцами, тремя газогенеративными двигателями в 450 л.с., с собственным колодцем и газовой скважиной, с амбарами на 50 тысяч пудов отрубей, с суточным помолом муки 11 сортов, в том числе высшего качества 9 крупчатки) в 700 пудов.

Погрузка муки на Гулиевской мельнице. Фото 1914 года.

Ставропольская мельница Гулиева проработала до конца 1990-х — в ее здании располагался Хлебозавод № 4. В 2000-х и 2010-х заброшенная Гулиева мельница стала объектом повышенного внимания молодёжи: на одном из интернет-форумов в начале 2010-х годов появилась байка о мельнике Хлебозавода №4, который, перемалывая хлеб, решился руки во время работы на одном из станков Гулиевской мельницы, а вскоре умер, и с тех пор его призрак в виде силуэта "черного человека" бродит по коридорам заброшенной мельницы.  Сегодня здание заброшено и разрушено, однако как сообщает ГТРК "Ставрополье", мельницу могут восстановить. 

Гулиевская мельница. Современное состояние.

Гулиевская мельница. Фото начала 2010-х годов.


P.S.: материал взят из книги Г.Беликова "Старый Ставрополь" и с сайтов "Город Креста": "Ставропольские мельницы": http://gorodkresta.ru/index.php/articles/198-stavropol_melnitci, и с сайта "Вести Ставрополье": https://stavropolye.tv/news/130656

В Ставрополе могут восстановить знаменитую мельницу ГулиеваИсточник: ГТРК «Ставрополье» - https://stavropolye.tv/news/13065

"Дом ставропольского Фенимора Купера"

Когда-то в нашем городе так именовали Павла Кузьмича Белецкого, автора многочисленных приключенческих книг, которыми некогда зачитывалась вся Россия. 

Дом П.К. Белецкого в наши дни. Январь 2020 г.

Павел Кузьмич Белецкий родился 17 мая 1871 года в Ставрополе, на Мавринской улице, в семье отставного унтер-офицера. Дом Белецких сохранился до наших дней, это ул. Ленина, 220. Юный Павел учился в четырёхклассном городском училище (сегодня - пр. Карла Маркса, 44), но не закончил его из-за смерти отца. Получив казенное содержание в Тифлисской военно-фельдшерской школе, по её окончании стал фельдшером в Грозненском военном госпитале. 

Павел Кузьмич Белецкий. Фото начала XX века.

С 1897 года, продолжая фельдшерскую службу в земских больницах, на железных дорогах и водных путях, начал публиковать рассказы обо всем им увиденном на бескрайних просторах России, в газетах "Новости", "Неделя", "Русский труд". В мае 1898 года Павел Белецкий отправляется в Восточную Сибирь в качестве члена геологической партии Я.М. Макерова, проведя два года в дебрях Даурской тайги. Затем едет в Забайкалье на постройку Амурской железной дороги, проехав за два года все протяжение Амура, Уссурийского края, часть Монголии и Манчжурии. Ставропольские газеты тех лет так писали о нем: "Белецкий постоянно кочевал, живя у костра, в юрте бедного дикаря, в горной пещере, шалаше золотоискателя".

"Золотоискатели в горах Даурии". 

В перерывах между своими скитаниями он возвращался в Ставрополь, где писал повести и романы, основанные на им увиденном и услышанном. "В Ставрополе отец работал в саду дома, - вспоминал его сын Борис Павлович. - Здесь стоял его стол, несколько стульев, кипы бумаг и обязательно ящик отличного ставропольского пива, холодные закуски и консервы, которые он привозил из экспедиций".









Перу путешественника и писателя Павла Кузьмича Белецкого принадлежат многочисленные рассказы, такие, как "Баргузинские Орочены", "Таежный бродяга", "В глуши Сибири", "На жизненном пиру" и прочие.

В 1911 году выходит его роман "Король тайги", а в следующем -  роман" В горах Даурии", сразу вошедшие в золотой книжный фонд России под рубрикой "Мир приключений". Книгами этими зачитывалась молодежь не только дореволюционных лет, но и советского времени, эти романы неоднократно переиздавались массовым тиражом, а за их автором укоренилось прозвище "Российский Фенимор Купер".  В 1913-м году выходит его книга "Старый грех". 

П.К. Белецкий. Роман "Король тайги". - Ярославль: издатель В.В.Мамонов, 2016 г. - 492 с.

В 1914 г. в Петрограде в серии "Библиотека всходов" была напечатана повесть Белецкого "На вольной земле", в которой через чувства и любовные страсти заводского парня Ванюши и дочери местного богатея Насти, пожалуй, впервые в художественной литературе Сибири проходит тема переселения на Амур русских крестьян. Автор показывает отношение населения к сибирским далям: "В Сибирь? А тут что ж тебе? Голодно, что ли? Зачем она тебе Сибирь-то? Нужды хочешь хлебнуть, аль света посмотреть? В Сибирь даром не ходят. Туда дорога только голодному, беспутному или жадному", - сетует дядя родному племяннику Ванюше.  
 

Павел Кузьмич Белецкий. Фото начала XX в

Художественная канва произведений Белецкого не всегда удовлетворила бы вкусы изысканного читателя, но как бытописатель он превосходит своим творчеством ряд подобных работ литераторов-сибиряков. Рассказы писателя дают большой этнографический материал. Это "Поклонники медведя", "Герои тайги" и очерк "Переправа через Байкал".

Наряду с художественными произведениями, являющимися отражением его романтической натуры, вечный странник обращается к публицистике и к серьёзным профессиональным проблемам. С 1905 по 1912 гг. он опубликовал около 70 статей в журнале "Фельдшер" в рубрике "Деревенский лекарь".

Павел Кузьмич Белецкий. Фото начала XX века

Лев Толстой на встрече с фельдшерами - создателями журнала "Фельдшерская мысль", выходившего в начале 20 в. в Ростове-на-Дону, заметил: "Вы знаете, это уже третий случай, когда ко мне обращаются люди вашей профессии, и все люди прекрасные, умные и с большими запросами духа. Помню Задеру, помню также милого Белецкого".




В 1913 г. журнал "Фельдшерская мысль" ( 11) с благодарностью писал, что, "отдаваясь общей литературе, путешествуя, живя в столице или тайге, пользуясь довольством или бедствуя", Павел Кузьмич всегда помнил о своём брате - фельдшере. Не будет преувеличением, если я скажу, что ... Павлу Кузьмичу фельдшерское сословие обязано весьма многим".

Будучи избранным в 1919 года секретарём общества литераторов и учёных Петрограда, Павел Белецкий вёл обширную переписку с В.Г. Короленко, А.М. Горьким, Н.К. Гариным-Михайловским, А.Ф. Кони и с другими известными писателями России. Но вследствие голода он покинул город его литературной мечты и, наконец, возвратился в Ставрополь. 

В 20-е годы Павел Белецкий на рыболовецком траулере бороздил моря Северного Ледовитого океана, но болезнь заставила вернуться в отчий дом. Здесь в 1934 году он и умер, найдя последний приют на Успенском кладбище. Сегодня, к сожалению, имя отважного путешественника и выдающегося писателя совершенно неизвестно жителям Ставрополя. И памятью о нем остается лишь дом Белецких на бывшей Мавринской, №220 - кирпичный, в один этаж, с пятью окнами по фасаду, где некогда писал рассказы, романы и повести наш выдающийся земляк, достойный особой памяти - Павел Кузьмич Белецкий.

P.S.: при подготовке материала для статьи были использованы книга Г. Беликова "Старый Ставрополь", и статья И. Куренной " Король забайкальской тайги"с сайта  http://az.lib.ru/b/beleckij_p_k/text_2016_korol_zabaikalskoy_taigi.shtml 

"О Ставропольском краеведческом музее, или история здания Нового Гостиного ряда"

          В 1852-м году по решению городской Думы на Александровской площади было решено устроить двухэтажный каменный новый Гостиный ряд. "Объявить тоговцам, - говорилось в заявлении Думы, - буде они желают устроить на новой Базарной площади новый Гостиный ряд, то подавали бы об этом просьбу до апреля следующего года".
          Однако прошло ещё 20 лет, прежде чем проект нового гостиного ряда встретил своё воплощение. Так в 1872-м году на северной стороне Александровской площади, до этого имевшей разные наименования - Воробьёвская, Соборная, Парадная, а в советские годы - им. Луначарского и, наконец, Ленина, на средства Ставропольского купечества по проекту архитектора Павла Григорьевича Воскресенского и его помощника, архитектора П.Н.Никифорова, строительным подрядчиком Г.Масловым был возведен новый гостиный ряд, имевший два этажа.
           Новый Гостиный ряд стал украшением Александровской площади.

Здание нового гостиного ряда в начале XX века.

          Здесь имели свои лавки самые известные купцы города  - Меснянкины, Плотниковы, Деревщиковы, Стасенковы, Конюховы. Стоит отметить, что их торговые лавки располагались на первом этаже здания, а товар они держали на втором.
          Между тем в местной газете "Ставропольские губернские ведомости" за 1872 год можно найти следующую запись проектировщика Гостиного ряда П.Воскресенского: "Я строю не только для настоящего, но и для будущего: может быть, когда-нибудь город вздумает устроить здесь концертный зал , народную аудиторию или что-нибудь в этом роде".

Новый гостиный ряд в начале XX века.

          Действительно, если первоначально в здании обосновались местные купцы, открывшие свои торговые лавки с товарами на втором этаже, то в 1913 году верхний этаж занял музей наглядных учебных пособий нотариуса Георгия Константиновича Праве, до этого ютившийся в небольшом здании в Торговом переулке (ныне - ул. Булкина). Музей был основан 24 февраля 1905 года.

Из музея учебных наглядных пособий. В зале "Птицы".
Здание Нового гостиного ряда. Второй этаж. 1912 г.

          В скором времени началась перестройка здания. На перестройку потребовалось 37000 рублей серебром. При этом были сделаны железобетонный пол восточного крыла верхнего этажа, внутренний балкон для осмотра экспозиций, поставлены специально изготовленные витрины и шкафы, устроено паровое отопление, электрическое освещение... Тогда же ".. из прохода, что посреди здания, служившего местом торговли мелких торговцев и коробейников, сделали великолепный вестибюль...".
          Наряду с учебными пособиями основателя  Г.К.Праве в экспозиции музея находились коллекции, собранные зоологом Н.Я.Динником, ботаником А.Норманом, историком И.Кувшинским.
Коллекционер - любитель Вл.Евсеев пожертвовал музею древнее индо-персидское оружие: стальной шлем, кольчугу из стали, щит, налокотники, меч, секиру, шашку с золотыми насечками и серебряной рукояткой,  булаву, которые употреблялись в ритуальных праздниках, коллекцию персидских серебряных монет...

Из музея наглядных учебных пособий.
Здание Нового гостиного ряда. Второй этаж. 1912 год. 

          С начала Первой мировой войны фонды городского музея имени Г.К.Праве пополнились экспонатами музея Самурского пехотного полка, ушедшего из Ставрополя на фронт. То были награды самурцев - георгиевские трубы, разнообразные награды за победу над персами и турками, за взятие Хивы и Бухары, за пленение Шамиля. Коллекция кавказского оружия стала основой "оружейной палаты" музея. Уже позже в музее были размещены экспонаты из экспозиции военно-исторического музея "Храм Славы" из Тифлиса, перевезенного сюда в связи с возможным вторжением Турции в Грузию.
         Революционные события 1917 года не оставили в стороне городской музей имени Г.К.Праве. 9 апреля 1917 года в "Известиях Ставропольского губернского Комитета общественной безопасности" выходит статья, посвящённая созданию отдела революции при городском музее им. Праве. Данный текст дошёл до нашего времени: "Граждане! Ставропольский губернский статистический комитет общественной безопасности приглашает вас к созданию отдела революции при городском музее им. Праве. Пусть сохранятся в нем все лозунги революции, имевшиеся на знаменах в незабвенные для ставропольцев 8 и 12 марта. Сохраните и несите в музей эти знамена и флаги революции с древками во всей их неприкосновенности. Собирайте и несите в музей все произведения печати: газеты, журналы, воззвания, объявления. вышедшие в дни революции и имеющие выходить впредь до созыва Учредительного собрания, а также фотографические снимки и картины, изображающие отдельные моменты революционных дней и событий и новой жизни. Несите все то, что является знаком торжества завоеванной свободы, над чем восторжествовала освобождённая Россия. Желательно, чтобы к знамёнам были прикреплены указания, от кого они поступили. В дни празднования русской революции, труда и женского равноправия эти знамена будут выдаваться для процессий по принадлежности. Приносимое принимается в помещении музея Праве (Верхний базар) от 10 до 12 часов по полудни и от 4 до 7 часов вечера ежедневно, кроме среды и воскресенья".

Г.К.Праве в музее. 1914 г.

          В советские годы музею Г.К.Праве был передан и нижний этаж бывшего Гостиного ряда. Тогда же его экспонаты пополнились картинами известных мастеров и произведениями искусства, экспроприированными у буржуазии. Так сюда попали экспонаты знаменитой картинной галереи наследников купца Алафузова. В 1921-м году из Пролетарского музея Москвы была доставлена партия картин, изъятых у московских буржуа.
          В 1925 году в музее создается художественный отдел, куда в том же время из Московского центрального хранилища музейного фонда доставляется 111 предметов: картины Левитана, Брюллова, Поленова, Левицкого; художественные изделия из венецианского стекла, саксонского фарфора и пр.

Музей. 1926 год. 

          В 1927 году музей имени Праве сливается с музеем Северного Кавказа им. Г.Н. Прозрителева с его богатейшими этнографическими и прочими экспонатами.

Г.Н.Прозрителев

          В период временной оккупации Ворошиловска (название Ставрополя с 1935 по 1943 г.г.), длившейся с 3 августа 1942 по 21 января 1943 г.г.) немецкими войсками краеведческий музей подвергся частичному разграблению. Были похищены кавказское оружие, коллекции древних монет и целый ряд картин, в том числе - И.К.Айвазовского, В.В.Верещагина, А.А.Писемского и других. При отступлении немецкие поджигатели попытались поджечь здание. Спасла его только группа юных патриотов во главе с Владимиром Косиновым, которая сумела предотвратить этот акт. В этот жень погибла вся группа, состоящая из пяти человек.
         В 1960-е годы после многочисленных реконструкций в музее, он, расширившись и полностью заняв здание на бывшей Александровской площади, все же как бы оставался "в своих пенатах, отведенных для Г.К.Праве". Данный факт породил мнение, что только Г.К.Праве был главным создателем краеведческого музея. В 1979 году вышла книга И.Ф.Земляковой "Поиски, встречи, находки", в которой однозначно говорится о том, что музей был создан именно Г.К.Праве, и вскользь - что после революции в него влились и коллекции краеведческого музея нотариуса и юриста Г.Н.Прозрителева. Позже это утверждение будет опровергнуто.

Коллекция из Музея Северного Кавказа Г.Н.Прозрителева.
Этнографический отдел. Экспозиционный комплекс "Ногайцы"

         В послевоенный период сфера деятельности музея расширяется. На него возлагаются функции учёта и охраны памятников истории и культуры.

      В 1962 г. на основе художественного отдела музея учреждается краевой музей  изобразительных искусств.

         В 1985 году во время реконструкции к зданию музея был пристроен 3-й этаж.
         В 1993 году музею было присвоено и имя Г.Н.Прозрителева.
         В 2005 году краеведческий музей имени Г.Н.Прозрителева и Г.Праве отметил 100-летие. Сегодня это уже музей-заповедник с тысячами уникальных экспонатов, границы которых простираются от скифского золота до скелета мастодонтов... К 100-летию музея была выпущена книга "Ставропольский государственный краеведческий музей им. Г.Н.Прозрителева и Г.К.Праве. Роман о музее" И.Селунской, в которой автору удалось доказать, что музей достоин носить имена двух основателей - Г.Н.Прозрителева и Г.К.Праве.
        Собрания музея отражают его историю и отличаются многообразием, представляя не только край, но и весь Северный Кавказ, так как Ставрополь традиционно рассматривался как культурный, образовательный и научный центр этого региона. В фондах и экспозиции музея хранится и экспонируется более 300 тысяч музейных предметов.

Из музея учебных наглядных пособий Г.К.Праве. Фото начала XX века.

      Основная экспозиция представлена 4 залами: залом природы, залом археологии, залом этнографии, и залом истории. 

          До недавнего времени подвальные этажи здания со стороны Александровской площади напротив ТЦ "Галерея"занимало музейное кафе, где можно было попробовать  лимонад фирмы "Воды Лагидзе".
 

Ставропольский краеведческий музей. Фото 2012 г.

   
        P.S.: материал взят из книг Г.Беликова "Старый Ставрополь", "Ставропольский государственный краеведческий музей им. Г.Н.Прозрителева и Г.К.Праве. Роман о музее" И.Селунской,  фото взято с сайта 2stavropol.ru и из книги И. Селунской  "Ставропольский государственный краеведческий музей им. Г.Н.Прозрителева и Г.К.Праве. Роман о музее"
       
         
             

"Дом Краснова, баня Сорокина, доходные дома Глиндзевич и Глущенко на Воронцовской улице"

Дом Краснова, отреставрированный по новому образцу. Фото 2019 г.

С южной стороны проспекта Октябрьской революции (бывшей Воронцовской улицы), впритык к бывшему Народному дому, стоит небольшой каменный дом с оригинальным фасадом. Здесь до 1915 года жил директор Ольгинской и Александровской женских гимназий, губернский предводитель дворянства, общественный деятель, журналист и писатель Михаил Васильевич Краснов. Получил широкую известность благодаря книгам "Русское дворянство на Кавказе", "Просветители Кавказа", "Историческая записка о Ставропольской мужской гимназии".     
Умер М.В.Краснов 30 июля 1915 года, на 74-м году жизни, на данный момент времени он имел чин действительного статского советника (генерал-майора) и был похоронен на Успенском кладбище города.

За усадьбой Краснова вплоть до угла улицы Госпитальной ( сегодня - ул. Ленина) располагалось усадебное место предпринимателя Николая Михайловича Сорокина.

Усадьба Сорокина. Общий вид. Фото 2019 г.

                               
В одном из двух одноэтажных каменных домов он устроил некогда широко известную в народе "сорокинскую" баню. Место для бани было выбрано не случайно: именно здесь, прямо в усадьбе, били мощные родники кристально чистой, но жесткой воды.

Один из домов сорокинских бань. Фото 2019 г.

                                         

Один из домов сорокинских бань. Фото 2019 г.

По свидетельствам современников, для  смягчения воды хозяин бани использовал щелочные растворы. В восточную часть города от бани Сорокина был проложен водопровод. В самой усадьбе находились металлургический водосбор и керосиновое хранилище, что позволяло хозяину топить баню ежедневно.

Противоположный угол Воронцовской (сегодня проспект Октябрьской революции) и Госпитальной улиц (сегодня ул. Ленина) принадлежал Государственному банку. Здесь в конце советских 30-х годов был построен огромный жилой дом для работников крайкома партии и НКВД.

Жилой дом для работников крайкома партии и НКВД. Фото 2019 г.

И, наконец, вплоть до Ольгинской улицы (сегодня ул. Мира) тянулось два усадебных места Рудольфа Рудольфовича Глиндзевича и чиновника Глущенко. Здесь ими были построены два двухэтажных дома, которые они сдавали ксендзу напротив расположенного польского костела и его священникам. В том числе монахам доминиканского ордена, обосновавшимся в Ставрополе.

Медицинская часть управления внутренних дел. Один из доходных домов усадебного места Глиндзевича и Глущенко. Фото 2019 г.

Сегодня в первом здании размещается прокуратура, а во втором, угловом, - медицинская часть управления внутренних дел. Между ними располагается новострой - больница.
         
P.S.: материал взят из книги Г.Беликова "Старый Ставрополь" и личного фотоархива автора блога.

"Красная аптека", или "великолепная история одной девушки"

"Красная аптека" в наши дни. Фото 2019 г. Адрес: пр. Карла Маркса, 88.

В начале 40-х годов XIX века почётный гражданин города Моздока, купец 1-й гильдии Яков Иванович Улуханов купил у статского советника, известного ставропольского садовника П.Н. Нечмирова его усадебное место, ниже усадьбы Траубе на Большой Черкасской.  Здесь им был построен каменный дом в три этажа, в дальнейшем именуемый "Красной аптекой" (само здание по фасаду было выкрашено в красный цвет).
 
На строительство этого, на тот период самого большого здания в Ставрополе, потребовалось 130 тысяч рубленых камней, 700 пудов железа, огромное количество леса, извести, красок. Сам дом был оценен в 29000 рублей серебром. Первоначально он частично сдавался внаем под магазины и квартиры чиновникам.

В 1847 году дом Улуханова по контракту был отдан на 24 года Ставропольской почтовой конторе. Тогда же во дворе дома Яков Улуханов построил ещё два каменных двухэтажных дома и прочие усадебные постройки. К тому времени имя Улуханова было широко известно на всем Северном Кавказе. Этим он был обязан своей дочери Шуайнат, ранее носившей имя Анна, в 1845-м году взятой в плен горцами, которые, пораженные её красотой, показали девушку своему предводителю,

Шуайнат (Анна) Улуханова. Жена имама Шамиля.
Тоновая литография XIX века с фото Г.Руновского.

имаму Шамилю. Вскоре Шуанат стала любимой женой грозного повелителя народов Кавказа.

Как известно, через три месяца после пленения Шамиля в августе 1859 года в его считавшейся неприступной крепости в ауле Гуниб, он был отправлен через Ставрополь в Санкт-Петербург.

Третьего декабря Шамиль со всем своим семейством в сопровождении усиленного конвоя прибыл в Ставрополь. Здесь Шуайнат встречалась со своим отцом в его доме на бывшей Большой Черкасской, к тому времени переименованной в Николаевский проспект. Небезынтересно, что уже в начале XX века известный краевед Г.Н.Прозрителев нашел в одной из кладовых дома среди всякого хлама портрет Шуайнат, писанный масляной краской, с надписью ореховыми чернилами на обратной стороне: "Наследница Почетного гражданина моздокского армянина Улуханова, взятая в плен черкесами в 1845 году и состоящая супругой магометанского Императора кавказского, воина Шамиля".

Шуайнат Улуханова. Фото второй половины XIX века. 

   
После смерти Шамиля Шуайнат так и не возвратилась в отцовский дом, а уехала со своей дочерью в Турцию, где до самой кончины получала большую пенсию от турецкого султана. В 70-х годах уже сын Якова Улуханова Гавриил к южной стене отцовского дома сделал четырехэтажную пристройку с четырьмя капитальными каменными галереями. Нижний этаж дома он сдал в аренду под первую вольную аптеку, провизором которой был назначен Леонид Матвеевич Брохноцкий. В целях рекламы он наименовал свою аптеку "Красной", то есть главной в городе, выкрасив весь фасад дома в красный цвет.
   
Брохноцкий вскоре стал хозяином всех усадебных строений Якова Улуханова. Помимо открытой аптеки, во дворе дома он устроил завод минеральных и искусственных вод более тридцати наименований, на натуральном сырье. Это были воды клубничные, абрикосовые, вишневые, различные лимонады. Здесь же изготавливались  и исконно русские напитки  - различные квасы, сбитни на меду с добавлением корицы, гвоздики, мускатного ореха, имбиря и прочих пряностей.

Красная аптека. Фото начала XX века.

В начале XX века Брохноцкий продал всю усадьбу с недвижимостью известному предпринимателю, провизору Якову Шоломовичу Минцу. Выпускник Варшавского, а затем и Моздокского императорского университетов, он продолжил "лимонадные" дела Брохноцкого, одновременно ещё больше подняв престиж Красной аптеки. Верхние этажи дома он сдавал под жильё состоятельным гражданам. К этому нужно добавить, что в глубине усадебного места Брохноцкого были построены и до сегодняшнего дня сохранились два гостиничных дома, в которых проживали многие именитые гости города. Среди них был грузинский писатель и публицист, предводитель дворянства Кутаисской губернии Дмитрий Иванович Кипиани. Выступавший против реакционного духовенства Грузии, он вынужден был удалиться в Ставрополь, где и был убит в снимаемом им доме Брохноцкого.

В советское время "Красная аптека" и лимонадный завод просуществовали до конца нэпа. Само здание стало коммуналкой, и лишь сегодня нижний этаж дома заняли торговые заведения.

Александр Жердев

P.S.: материал взят из книги Г.Беликова "Старый Ставрополь", фото с сайта "Ставропольфотоистория", и с сайта http://barev.today/news/shuanat.
         

"Дом летописца военной истории Кавказа"

Особняк Кравцова. 2019 г.

Буквально напротив музея изобразительных искусств стоит небольшой каменный с мансардой дом с фасадом в стиле эклектики. Ранее это усадебное место принадлежало жандармскому капитану Василию Афанасьевичу Бетаки. Затем здесь построил дом один из сыновей капитана, продавший его генерал-майору в отставке Ивану Семеновичу Кравцову.

Кравцов впервые оказался в Ставрополе в 1845 году, тогда в чине хорунжего. Сам из старинного казачьего рода, обосновавшегося у Новохоперской крепости. Сначала служил в Хоперском полку,  затем в 1-м Ставропольском казачьем. Затем уже он исправляет должность дежурного штаб-офицера войскового дежурства Кавказского линейного казачьего войска. Кстати, тогда штаб войска размещался в первом каменном доме Ставрополя на Большой улице. Наконец. с 1861 года он командует 4-й Хоперской бригадой Кубанского казачьего войска.

Выйдя в 1871 году в отставку, Иван Семенович Кравцов отдался изучению истории Линейного, а затем и Кубанского казачьего войска. В 1881 году у Кравцова выходит первая капитальная книга "Наказные атаманы бывшего линейного казачьего войска". Через год выходит новый его труд "Очерк о начале Терского войска". Затем исторический очерк "Старейшие в Кубанском казачьем войске хоперские казаки".

Иван Семенович Кравцов умер в Ставрополе в 1899 году и был похоронен на Успенском кладбище.

Дом генерала Кравцова был продан с торгов городом наследникам Гречанинова.

Сегодня на первых этажах расположены магазины, в частности, магазин фирмы "AVON", который непременно стоит посетить. Дом находится по адресу: г. Ставрополь, улица Дзержинского, д. 106.

P.S.: материал взят из книги Г. Беликова "Старый Ставрополь".