Музыкальный магазин Траубе

История дома по адресу пр. Октябрьской революции, 19, связана с историей одного из самых интересных купеческих родов Ставрополя - с историей семьи Траубе.

                                                                                  

Бывший кинотеатр "Орлёнок" в наши дни. Октябрь 2023 года.

Источник фото: https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Orlenok_Movie_Theater.jpg.

В конце 50-х годов XIX столетия в Ставрополе обосновался выходец из Ганновера немецкий подданный Людвиг Траубе. Вскоре он принял российское подданство и купил небольшой дом на Николаевском проспекте у комиссионера фон Судина. До этого дом этот принадлежал доктору Майеру, прототипу доктора Вернера в «Герое нашего времени» М.Ю. Лермонтова. В доме Майера - фон Судина Людвиг Траубе открыл булочную, выпекая разнообразную продукцию в устроенной им пекарне [1, с. 390]. Первоначально он торговал в своём доме сдобой, а затем - музыкальными инструментами [2, с. 159].

Магазин Людвига Траубе на Николаевском проспекте в бывшем доме Майера.
Фото начала ХХ века

Здесь у Л. Траубе родились два сына - Людвиг и Василий. Последний стал наследником отцовского дома на Николаевском проспекте, где открыл книжно-музыкальный и мебельный магазин. В магазине можно было приобрести учебники для всех учебных заведений, учебные пособия, канцелярские принадлежности. Были здесь и духовые инструменты, граммофоны и пластинки к ним, пианино, фисгармонии, скрипки, гитары, балалайки. Были и разнообразные кровати, зеркала, умывальники, картины... [1, с. 390]. А также обивочные ткани, плюш, шелк, шерсть, волос для перин и пр. [2, с. 159].

Уже сын Василия Людвиговича Владимир - в 1905 году с правой стороны старого дома начал строить новый в два этажа [1, с. 391]. Брат Владимира Васильевича - Людвиг Васильевич в конце 90-х годов ХІХ столетия покупает усадебное место купчихи Пакашевской на Воронцовской улице, где вместе с племянником Львом Владимировичем решает построить большой каменный в два этажа дом со столярной мастерской внутри усадебного места. Дом этот, оцененный в 22 тысячи рублей серебром, был построен в 1903 году, став еще одним мебельно-музыкальным магазином [1, с. 391]. Вскоре Лев Траубе становится единственным в Ставрополе представителем фирм Я. Беккера, К. Шредера, бр. Дидерихс, бр. Оффенбазер [2, с. 159].

В новом доме Владимир Васильевич устроил магазин «Детский мир». Как сообщает проспект магазина, здесь можно было приобрести: «Почтовые наборы с конвертами, бумагу, карандаши химические, обыкновенные и цветные, акварель, масляные краски, ручки и перья, чернила и чернильные приборы, грифели, пеналы, резинки, губные гармошки, мячики, глобусы, марочницы, игры и игрушки, елочные украшения, колокольчики, домино, шашки, барабаны, картины, доски грифельные, столярные приборы, паровозики с вагонами, автомобили» и прочее [1, с. 391].

Магазин Людвига Траубе на Воронцовской улице. Фото начала XX века.

В новом доме Лев Траубе открывает роскошный мебельно-музыкальный магазин, рекламный проспект которого предлагал "французские пианино, фисгармонии, граммофоны фирмы "Мирафонъ", швейцарские музыкальные шкатулки, музыкальные альбомы, полифоны, патентованные ручные органы, гармонифлюты, английские концертины, венские гармони "Победа", гитары, скрипки, балалайки, мандолины. А также медные инструменты и разнообразную мебель венской работы - буфеты, гардеробы, комоды, шкафы, обеденные, туалетные и письменные столы, кровати, умывальники, зеркала, стулья и пр. А также обивочные ткани, плюш, шелк, шерсть, волос для перин и пр." [2, с. 159].

Газета «Северо-Кавказский край» так рекламировала новый магазин Траубе: «Здесь имеется венская и японская мебель, мраморные умывальни, детские повозочки (коляски), кровати, матрацы, зеркала, туалеты, комоды, гардеробы, буфет, мебельная материя, бахрома, обои, багеты, рамы, карнизы, рояли и пианино, зеркальное и богемское стекло. Единственный представитель по продаже пианино и роялей Я. Беккера, К.М. Шредера, бр. Дидерихс, бр. Оффенбахер. Фисгармонии, граммофонные пластинки об. «Граммофонъ», «Зонофонъ», «Пишущий Ангел». Всевозможные музыкальные инструменты. Настройка и ремонт» [1, с. 391].

Рекламная афиша магазина Траубе на Воронцовской улице. Начало XX века.

Между тем в 1908 году Людвиг Васильевич полностью переделал свою столярную мастерскую под огромный кинозал или кинематограф «Солей», о чем пойдет рассказ далее [1, с. 391]. 

В начале XX века по России начал победное шествие кинематограф. Л. Траубе решает устроить в сарае-манеже самый современный кинематограф, одновременно купив кинопроекционную аппаратуру французской фирмы «О. и Л. Люмьер», а сам кинотеатр называет «Солей» (с французского- «солнце») [2, с. 159].

С 1917 по январь 1920 года кинематограф «Солей » своими огнями рекламы приглашал горожан посмотреть фильмы западных фирм с участием Чарли Чаплина и прочих мировых артистов. Об оснащении кинематографа мы узнали из акта реквизиции «Солея» большевиками в 1920

году: «...В зале имеется 150 стульев и 60 стульев на балконе. В зале также 42 простые скамейки и 6 на балконе, обитых плюшем. Киноаппарат «Патэ-4», нефтяной двигатель «Победа» завода «Зеферман в г. Мелитополе. Рояль «Беккер»  [2, с. 160].

В советские 20-е годы здесь продолжали идти в основном западные боевики с участием Сары Бернар, Макса Линдера, Чарли Чаплина, Дугласа Фербенкса, Мэри Пик Форд. И такие отечественные ленты, как «Отец Сергий», «Пиковая дама», «Красные дьяволята»...  [2, с. 160].

В 30-е годы, когда «великий немой заговорил, кинотеатр перестраивается, оборудуется новой, уже отечественной аппаратурой. Получает он и новое название «Гигант», ибо не было кинотеатру равного на всем Ставрополье. «Гигант» стал участником Всесоюзной сельскохозяйственной выставки в Москве, был отмечен дипломом и награжден метровой копией скульптуры В. Мухиной «Рабочий и колхозница»  [2, с. 160].

В кинотеатре «Гигант» работал Тихон Степанович Легоцкий, еще до революции прослушавший курс лекций основателя кино Луи Люмьера. В 1936 году, в дни празднования 40-летия со дня изобретения кино, Легоцкий на правил в Париж на имя своего учителя письмо и получил ответ с благодарностью и наилучшими пожеланиями. Это ответное письмо было опубликовано в феврале 1936 года в газете «Власть Советов»  [2, с. 160].

В 30-е годы в фойе кинотеатра, переименованного в «Гигант» и занявшего часть дома Льва Траубе, где некогда находился мебельно-музыкальный магазин, выступал Джаз-оркестр, возглавляемый виртуозом-саксофонистом Соколовым  [2, с. 160].

Много испытаний выпало на долю кинотеатра «Гигант», в том числе в период временной оккупации Ставрополя немецкими войсками. Ими здесь был устроен бар с кинозалом, наименованным «Солдатским кино», где демонстрировались немецкие кинофильмы только для солдат и офицеров вермахта  [2, с. 160].

Послевоенный «Гигант» демонстрировал, помимо советских фильмов, немецкие трофейные ленты. То были «Девушка моей мечты», «Тарзан», «Индийская гробница» и другие, привлекавшие массу людей. В начале каждого вечернего сеанса здесь выступал джаз-оркестр под управлением трубача Ивана Тимофеева  [2, с. 160].

В 1985 году по проекту тогда еще молодого архитектора Виктора Маркелова кинотеатр «Гигант» был полностью перепланирован, превратившись из трех кинозалов с унылым и грязным внутренним двором в прекрасный дворец. Тогда же он стал именоваться «Орленком»  [2, с. 160].

Просуществовал Орлёнок недолго, в конце 2000-х здание, где он располагался, было передано в ведение ФСБ, здание которых находится неподалёку.

Бывший кинотеатр "Орлёнок". Фото 2007 г. 

P.S.: при подготовке данной статьи использовались следующие монографии:

1.Беликов, Г.А. Облик старого Ставрополя. В 2-х книгах. Кн. 1. / Г.А. Беликов, С.Н. Савенко. – Пятигорск: Снег, 2007. – 496 с.: ил.

2. Беликов, Г.А. Старый Ставрополь/ Г.А. Беликов. - Ставрополь: "Ставрополье", 2009. - 360 с.: ил.

Усадьба Манжоса-Белого

Дом Манжоса-Белого. Фото 2025 г.

 
 Дом этот на сегодняшней улице Дзержинского, 97, с  находящимся там детским садиком, притягивает взор ярко выраженным стилем модерн. И не только фасад дома, но и каменная веранда, другие постройки, оригинальный забор усадьбы не похожи на прочие строения этого района. Архитекторы так описали здание [1, с. 389]:

«Сам дом выдержан в формах эклектики и стилистически никак не связан с более поздними пристройками. В плане здание Г-образное. Объем дома прост и компактен. У углов главного фасада помещены два ризалита, с западной стороны новной вход в особняк. Асимметрию композиции фасада подчеркивает навес над входом. Прямоугольные окна в верхней части обрамлены крупной бровкой. Между окнами помещены квадры бриллиантового руста. Под окнами проходит профилированная тяга. Завершает объем карниз с поясом рубчиков. Обращают внимание хорошо сохранившиеся интерьеры дома. Он состоит из нескольких комнат, связанных между собой по принципу круговой анфилады. Все жилые помещения декорированы лепными карнизами с растительным орнаментом. Кафельные печи украшены барочными картушами. Особый интерес вызывает отделка ванной комнаты, выложенной кафелем и метлахской плиткой [1, с. 389].

Вид на Дом Манжоса-Белого с левой стороны. Фото начала XX века.

Дом является примером богатого особняка эклектических форм, типичных для застройки города на рубеже XIX-XX веков. Небольшая каменная оштукатуренная конюшня расположена в глубине двора, к северо-востоку от особняка. Прямоугольному, вытянутому по оси восток-запад плану соответствует компактный объем, в композиции которого ясно читается внутренняя планировка [1, с. 389].

Первоначально это усадебное метсо принадлежало штабс-капитану Корниевскому, видимо, имевшему здесь небольшое строение. Затем были другие хозяева, пока это место не приобрел известный общественный деятель, адвокат и нотариус Стефан (Иван) Андреевич Манжос-Белый [1, с. 390]. 

Иван (Стефан) Андреевич Манжос-Белый родился в 1843, по другим источникам – в 1846 году. В Ставрополь приехал в 1861 или 1866 году из Полтавского уезда с гимназическим дипломом г. Полтавы [2]. Молодой человек с завидной активностью, получив чин коллежского регистратора, начал свою карьеру с делопроизводителя Ставропольского Губернского Правления. Через пять лет он уже стал помощником секретаря Ставропольского окружного суда, одновременно занимаясь адвокатской практикой [1, с. 390]. Также он в дальнейшем смог открыть свою собственную нотариальную контору [1, с. 390]. 

В конце XIX века он покупает усадебное место бывшего штабс-капитана, где и строит свой каменный особняк. К сожалению, имя архитектора усадебных строений пока найти не удалось, но "почерк" может указывать на любителя стиля модерн А. Булыгина. Это касается и внутренней планировки дома, интерьеров помещений с прекрасными кафельными печами, большими окнами, сказочной каменной верандой. На одном из подсобных помещений до сегодняшнего дня сохранились выбитые в камне инициалы хозяина нового дома - "М.-Б"[1, с. 390].

В доме с прекрасными кафельными полами, большими окнами, сказочно красивой каменной верандой. Во дворе были пруд, фруктовый сад, конюшня [2].

Дворянин, статский советник, помощник председателя суда, секретарь Ставропольского окружного суда, гласный Ставропольской городской Думы, управляющий недвижимым имуществом банкирской конторы наследников М.В. Попова [2]. 

С 1906 года он получал пенсию более 500 рублей. Для сравнения: депутат Государственной Думы получал тогда жалованье в размере 350 рублей в месяц, губернатор – около 1000 рублей в месяц. Дети Манжоса-Белого – Владимир, Нина, Семен признаны 24.02.1896 года в дворянстве, утверждены Указом сената № 2170 от 31.07.1896 года, занесены в 3-ю часть дворянской родословной книги Ставропольской губернии [2].

В некоторых документах не указаны инициалы, поэтому можно только догадываться, о ком из семьи Манжос-Белых идет речь. Так, в приказе по управлению наместника Кавказского в Тифлисе №48 от 28.12.1873 г, подписанного Наместником Кавказским генерал-фельдцейхмейстером Михаилом, сказано: «Государь Император по ходатайству Моему и по удостоению Кавказского Комитета от 22 декабря 1873г., Высочайше соизволил пожаловать нижепоименованным лицам, за отличноусердную их службу следующие награды: Орден Св. Станислава 3 степени Секретарю Съезда Мировых Судей Ставропольского Округа Манжосу-Белому» [2]. 

Вероятно, речь в этом приказе идет об Иване Андреевиче, ему в 1873 году было 27 – 30 лет [2].

В 1918 году он с красным бантом на груди как член временного революционного совета на линейке колесил по городу, следя за порядком в судебных органах, тюрьмах, на проводимых митингах и собраниях. Потом была Гражданская война, после которой его имя вновь всплыло в Ставрополе [1, c. 391-392]. 

В другом документе, описывающем события 1922 года, также не указаны инициалы, но поступок одного из представителей этой семьи вызывает глубокое уважение к нему [2]. 

На Ставрополье в те годы был голод. Когда людьми было съедено все, что можно было съесть, все возрастающие размеры приобретало людоедство. В это время в Ставрополе и губернии действовала Американская администрация помощи (с 18.05.1922 г.), которая открывала столовые, выдавала продовольствие в детские дома, открывала пункты питания. Именно в те дни в городе проходил открытый суд над бывшим семинаристом, укравшим у представителя этой администрации 2 фунта сахара (что составляет без малого килограмм). Виновного, как представителя духовенства, приговорили к расстрелу. И когда прокурор, как бы оправдывая приговор, обращаясь к многочисленной аудитории, произнес: «Что скажут американские рабочие о факте воровства?», адвокат, известный правозащитник Манжос-Белый, позже отправленный в ГУЛАГ, резко ответил ему: «Скажут, что в России дорог сахар, но не дорога человеческая жизнь» [2].

Он оставался все тем же правозащитником, хотя из собственного реквизированного дома его вскоре изгнали. Тогда же, видимо, как буржуазный элемент, он канул в вечность [1, с. 391]. 

О Владимире Ивановиче Манжосе-Белом удалось найти больше документов, чем о его отце. 

Родился он в 1869 году в Ставрополе. Так же, как и отец, помимо нотариальной деятельности, активно занимался общественной работой. Он был гласным Ставропольского губернского земского собрания по городу Ставрополю, гласным городской Думы 4-й (2-й) части города, почетным членом Ставропольского городского пожарного вольного общества. В этом обществе почетными членами были губернатор Б.М. Янушевич, архиепископ Агафадор, купец А.П. Меснянкин, предприниматель Л. Траубе [2]. 

Также он был членом Общества по борьбе с туберкулезом. Общество собирало средства на строительство в Ставрополе туберкулезной больницы – санатория. Помимо этого, в 1914 году был председателем городского комитета по оказанию помощи больным и раненым воинам [2]. 

Cохранился текст Воззвания от Ставропольского комитета к населению города Ставрополя от 30.10.1914 года: «Городское общественное управление открывает в помещении опытной станции (бывший дворец) госпиталь для больных и раненых воинов на 110 кроватей. Оборудование и содержание госпиталя потребует от города значительных средств и в этом отношении городское общественное управление надеется встретить поддержку со стороны населения, всегда отзывчивого на добрые дела. Лиц, пожелавших принять на свой счет содержание одной или нескольких кроватей, просят обращаться в городскую управу или к нотариусу Владимиру Ивановичу М-Белому. Кроватям присваиваются имена жертвователей» [2]. 

Имеется еще один документ за 1911 год, характеризующий Владимира Ивановича. Братья Толстопятовы обратились в Ставропольскую городскую управу с просьбой об организации по городу омнибусного автомобильного движения, с таксой за проезд в один конец по городу 5 копеек, от вокзала до Ольгинской улицы 8 копеек, от вокзала до психиатрической больницы 15 копеек, от вокзала до монастыря 20 копеек. Рассматривая проект Толстопятовых на 6-м очередном думском заседании, гласный В.И. Манжос-Белый предложил поручить управе предварительно узнать вес автомобиля, указывая на то обстоятельство, что городские мостовые были устроены на песочном балласте, могли не выдержать тяжести автомобилей на массивных шинах. Ставропольская городская Дума согласилась с мнением гласного [2]. 

Как губернский предводитель дворянства Владимир Иванович принимал участие в съездах Уполномоченных Объединенных дворянских обществ, которые проводились ежегодно вплоть до 1916 года в Санкт-Петербурге [2]. 

В 1914 – 1915 году он был секретарем Дамского комитета при Красном Кресте. Комитет собирал пожертвования для Самурского полка, воевавшего на фронте. Он не только собирал пожертвования, но и дважды в 1914 и 1915 году сам отвозил их на фронт. В газете «Северокавказский край» за 18.12.1914 года и 30.04.1915 года опубликованы благодарственные письма самурцев ставропольцам. Чтобы понять значимость для солдат той работы, которой занимался комитет, приведу текст этих публикаций. Первая из них называлась «Благодарность самурцев ставропольцам» [2]: 

«Представитель Ставропольского дамского комитета В.И. Манжос-Белый возвратился с передовых позиций, куда он возил подарки жителей г. Ставрополя и губернии самурцам [2]. 

Сидя в окопах, под градом пуль и шрапнели, командир самурцев карандашом написал следующие строки: «Ставропольскому дамскому комитету. Я, господа офицеры и все чины вверенного мне полка приносят искреннюю и сердечную благодарность дамскому комитету за присланные теплые вещи и прочие подарки для полка. Глубоко тронутые столь для нас драгоценной памятью ставропольцев, мы не находим слов хотя бы в малой доле высказать и выразить те чувства, которыми переполнены благодарные сердца самурцев, которые близко приняли к сердцу и тронуты до слез той мыслью и пониманием, что есть на далекой родине сердечные дорогие, родные, которые постоянно думают об нас, ушедших для исполнения священного долга, и всячески стараются облегчить тяжесть преживаемых дней боевой жизни [2]. 

Верьте, дорогие, любимые ставропольцы, что ваши святые желания, ваши теплые сердечные попечения об нас ушедших останутся вечной памятью в наших сердцах. Спасибо вам, наши родные, хорошие, спасибо от самого искреннего, от благодарного сердца самурцев. Сидя в окопах в теплой одежде все мы и солдатики будем всегда помнить всех вас, наших добрых родных, вашу греющую ласку и святую память о нас [2]. 

Искренно благодарный за себя и за всех своих самурцев, К. Стефанович» [2]. 

Заголовок второй публикации такой: «Ставропольцам с Кавказского фронта». Вот ее текст: 10 апреля 1923 года была открыта Ставропольская государственная нотариальная контора. Заведующим назначен нотариус Владимир МанжосБелый» [2].

«М.Г., г. редактор! Не откажите нам выразить при посредстве «Северокавказского края» глубочайшую благодарность нашу Ставропольскому губернскому дамскому комитету Красного Креста и всем ставропольцам за память о нас и за подарки, доставленные нам сюда уполномоченным комитета Владимиром Ивановичем Манжосом-Белым [2]. 

Приезд к нам Владимира Ивановича был светлым радостным праздником для каждого из нас. Прибыл г. Манжос-Белый к нам в глушь ханства Макинского 18 апреля и привел нас в такой великий восторг, что каждый из нас, беседуя и слушая его речь, чувствовал себя, как будто он домой попал [2]. 

С великим наслаждением слушали мы чистосердечные рассказы Владимира Ивановича о жизни наших семейств, о разных делах на родине и то замечали у себя, друг друга слезы на глазах, то от души смеялись, то будто были окружены в этот момент своими близкими родными [2]. 

Провожая дорогого гостя на нашу дорогую родину, прокричали мы ему русское «ура» от всей искренней нашей любви к родине и к этому человеку. А потом не вытерпели, схватили его на руки и донесли до фургона, и сами его там усадили для следования на родину, желая ему всего лучшего [2]. 

Еще желаем самых лучших успехов в делах и самого лучшего процветания Дамскому комитету и счастья в их жизни [2]. 

А мы в свою очередь стремимся и будем стремиться до последней капли нашей крови защищать дорогое нашему сердцу наше отечество и нашу родину [2]. 

Остаемся любящие свою родину и наших дорогих, не забывающих нас земляков, готовые душу за вас положить в борьбе с врагом. К сему унтер-офицер из крестьян села Татарского А. Ив. Сухачев, 1-й взвод, 4-й роты и другие четыре роты 598-й ополченской дружины» [2]. 

В 1917 году в губернии шел разгул преступности. Нужно было принять меры для организации работы предприятий на оборону, обеспечить безопасность населения, охрану казначейства, винных складов. 4 марта в помещении городской Думы по инициативе управы состоялось собрание гласных, представителей общественных организаций, рабочих, армии, духовенства. Был создан Ставропольский комитет общественной безопасности (КОБ). На собрании решили ликвидировать полицию и создать милицию. Начальником вновь созданной милиции был назначен гласный городской Думы, нотариус В.И. Манжос-Белый. Утром 6 марта была обезоружена городская полиция, и начался активный процесс формирования милиции. Основу ее составили солдаты гарнизона, учащаяся молодежь [2]. 

После того как 23 марта 1918 года Совет Народных Комиссаров принял постановление об отмене Положения о нотариальной части, первым документом, определяющим переустройство всего нотариального дела в стране стало Положение о государственном нотариате, принятое Совнаркомом РСФСР 4.10.1922 года. На основе этого Положения с 10.04.1923 г. была открыта Ставропольская государственная нотариальная контора. Заведующим назначен нотариус В.И. Манжос-Белый [2]. 

Сохранился акт ревизии Ставропольской государственной нотариальной конторы, произведенной 8-9 мая 1925 года запасным судьей Северо-Кавказского крайсуда Таратиным. Интересно, что до революции слово «нотариус» всегда писали с заглавной буквы, и это правило написания было сохранено в акте ревизии. Как следует из этого акта, государственная нотариальная контора находилась по улице Льва Толстого, дом 1, занимала три комнаты, из которых одна «несколько темновата». И далее читаем: «Помещение достаточно оборудовано обстановкой и отвечает требованиям. Контора обслуживает весь Ставропольский округ. Заведующий конторой Манжос-Белый Владимир Иванович, 56 лет, образование высшее юридическое, беспартийный, уроженец города Ставрополя, сын чиновника» [2].

В 1920-х годах дом был реквизирован, семью из него выселили. Официально там находилось партийное общежитие, в котором в разные годы жили секретари крайкома партии М.А Суслов, А.Л.Орлов, И.П. Бойцов, И.К. Лебедев. Позднее, как известно, в доме расположился детский сад. Располагается он там и поныне.

P.S.:  при составлении данной статьи использовались следующие источники:

1. Беликов, Г.А. Облик старого Ставрополя. В 2-х книгах / Г.А. Беликов. - Пятигорск: "Снег", 2007. - 496 с.: ил.

2. История - наука будущего? [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://alrf26.ru/attaches/newspaper/new/nv/09-2018-n-vesti.pdf. Заглавие с экрана. Дата обращения: 25.10.2025 г. 

Пивзавод В. Салиса

 г. Ставрополь,  пр. Октябрьской революции, 9. Здание бывшего пивзавода В.Салиса. 2024 г. Фото: Яндекс-карты.

«Где есть зерно, особенно ячмень, там процветало пивоварение и винокурение», - обоснованно писал Г.Н. Прозрителев.

Первый пивоваренный заводик в Ставрополе возник в самом начале XIX века вблизи источника Карабин. Принадлежал завод откупщику питейных заведений, статскому советнику Ленивцеву. «В 1816 году - сообщает архивный документ, -произошла публичная продажа имущества Ленивцева, в том числе его пивоваренного завода на Карабине». Завод этот купил штаб-лекарь Гейер за 700 рублей ассигнациями. Затем уже за 410 рублей серебром завод это переходит во владение коллежского  советника Новикова, затем к купцу Николаю Ермолову, со смертью которого прекращает свое существование.

В 1826 году Никита Михайлович Плотников в верховье реки Мутнянки имел землю, где устроил пивоваренный завод и при нем пруд. Когда в 1841 году делали водопровод, он уступил это место городу.

В 60-х годах XІX столетия Иван Максимович Месинев в своем доме на Госпитальной улице устроил завод, продукция которого была оценена по достоинству современниками. Сын Ивана Месинева, Мартын, строит еще один пивоваренный завод на южной стороне Ярмарочной площади, в начале Александровской улицы, положив начало Месиневскому переулку.

Месиневский пивоваренный завод на Ярмарочной площади в 1889 году переходит во владение Василия Макаровича Алафузова. 

Андрей Матвеевич Стасицкий открыл еще один пивоваренный завод в начале Александровской улицы (сегодня на этом месте музей изобразительных искусств).

И все же расцвет отрасли пришелся на 1880-е годы, когда сюда прибыли известные пивовары из Чехии, Австрии и Германии. В конце 70-х годов XIX века в Ставрополе обосновался пивовар Вацлав Салис, которого в городе именовали Василием Васильевичем. В доме Андрея Стасицкого на Александровской улице он открыл небольшое заведение по производству пива. В 1880 году он обратился в городскую Думу: «Производя в настоящее время в арендуемом здании против Воронцовской рощи, принадлежащем Стасицкому, пивоварение, желаю для этой цели приобрести покупкою место против Николаевского проспекта, бывшее Ганиловского, ныне Извозщикова, где прошу разрешения построить новый пивоваренный завод».

Место, просимое Вацлавом Салисом, располагалось между теперешним Домом офицеров и бывшим зданием крайсуда. Здесь, в глубине усадьбы, у родника, положившего начало Желобовскому ручью, и задумал Салис построить свой завод, для чего к прошению приложил план завода, выполненный известным ставропольским архитектором Г.Ф. Прокопцом. Чтобы окончательно склонить в свою пользу гласных Думы, к прошению о постройке завода он приложил и описание технологии производства пива по старинным швейцарским рецептам.

В 1890 году новый пивоваренный завод фирмы «Салис», где одновременно производились медовые и фруктовые напитки, вступил в строй. Это было двухэтажное, с пристройками, здание, с цементными бродильными и заторными чанами, паровым двигателем и собственной динамо-машиной. Первые сорта пива фирмы «Салис» - «Богемское» и «Венское» были отмечены Большими золотыми медалями на Российской сельскохозяйственной выставке в Таганроге.

В 1895 году Салис умер, двум его несовершеннолетним дочерям швейцарский посланник в Москве назначил в опекуны Августа Шульца, который в промышленных делах оказался малосведущим человеком. 1 января 1896 года пивоваренный завод Вацлава Салиса, его дом и ледник на 1-й Подгорной улице перешли к чеху Карлу Эрнестовичу Префету. Главным пивоваром предприятия, по-прежнему именуемого фирмой «Салис», он назначил опытного немецкого пивовара Адольфа Фальке.

                                    Г. Ставрополь. Вид пивзавода Салиса. Начало XX века.

Предприятие не только сохранило рынки сбыта своей продукции, но и расширило их за счет выпуска новых сортов пива: «Портер», «Мюнхенское», «Пльзенское», «Пель-Эль». Пиво разливалось в бутылки, 20- и 40-ведерные дубовые бочки, опоясанные медными полосами. Теперь уже фирма «Салис», как сообщали ее рекламные проспекты, награждалась самыми престижными наградами на международных выставках в Париже, Праге, Брюсселе и Мадриде.

Кроме пива, здесь делали сбитень, больше 20 сортов натуральных фруктовых вод, игристых лимонадов, сельтерской воды и тогда знаменитого ситро.

В 1911 году Карл Эрнестович в усадьбе завода устраивает буровую, которая вскоре дает газ. На газе, в том числе в целях рекламы, Адольф Фальке на глазах посетителей начинал варить пиво, которое после охлаждения тут же разливалось в специально доставленные из Германии баварские пивные кружки.

Фасадом на улицу Театральную (сегодня пр. Октябрьской революции) Карл Префет строит одноэтажный каменный дом, который берет в аренду предприниматель Григорий Павлович Трояков, и устраивает в нем ресторан «Биржа». Вторую часть строения занимает пивная с бильярдным столом.

В канун Первой мировой войны права на завод Префет передал курляндке Вильгельмине Лакше, которая с началом войны была депортирована в Германию, а завод перешел городу....

В советское время бывший завод «Салис» еще выпускал пиво. В годы борьбы с «нэпманами» здесь освоили выпуск арбузного меда и продолжали делать некоторые сорта фруктовых вод. В 1960-е годы его перестроили под технические мастерские.

P.S.: Материал взят из книги Г. Беликова и С.Н. Савенко "Облик старого Ставрополя".

Дом Торбина

 

Дом Торбина. Г. Ставрополь, ул. Комсомольская, 120. 2024 г.

На противоположной стороне бывшей Барятинской, напротив дома Кускова, и сегодня стоит двухэтажный каменный дом, внешне во многом повторяющий дом губернатора на бывшем Николаевском проспекте [1, с. 376]. 

Первоначально это усадебное место принадлежало известному ставропольскому предпринимателю и общественному деятелю Марку Павловичу Алафузову. Супруга Алафузова Варвара Андреевна, на которую был записан дом, продает его в 1903 году Адриану Григорьевичу Торбину за 11 тысяч рублей [1, с. 376] . 

Как явствует из архивных документов, Адриан Торбин чуть ли не пешком пришел в губернский центр из Вологодской губернии. Сначала работал в торговой лавке купцов Деревщиковых, затем - в артели каменщиков подсобным рабочим, а потом уже и каменщиком. Собрав деньги, сколотил бригаду, первоначально строя дома на окраинах города. Не имея никакого образования, сам постиг искусство градостроения [2, с. 253]. 

А.Г. Торбин. Начало XX в.

Вскоре Адриан Григорьевич Торбин, агенты которого доставляли из Новороссийска цемент лучшего качества, лес из Казани, железо с Урала, сантехнику из Москвы, стекло из Германии, кафельную плитку для облицовки зданий из Голландии, уже строил самые престижные здания губернского центра. В приобретенном доме ему с семьёй (жена и четыре дочери - Валентина, Елизавета, Ксения и Галина) было тесно, поэтому он решает на месте старого дома возвести новый [2, с. 253].

В это самое время на противоположной стороне улицы, рядом со зданием Ольгинской гимназии, закончил строительство собственного дома известный ставропольский архитектор Григорий Павлович Кусков. У него тоже было четыре дочери. Дочери Кускова и Торбина, учась в Ольгинской гимназии, сдружились, а через них - и их родители. С этого времени Адриан Торбин становится одним из строительных подрядчиков зданий, проектируемых Г. Кусковым.  Это - новое общежитие семинаристов на Гимназической улице (сегодня - штаб воинской части на ул. Морозова), там же - здание мечети, а также церкви и храмы в Ставропольской епархии [1, с. 376-377].

Кованые ворота. 1991 г.

Григорий Павлович Кусков спроектировал новый дом Адриана Торбина, который он и построил в следующем, 1904 году. Фасад здания, в какой-то мере повторяющий рисунок дома губернатора, украсил балкон с литой решеткой, отделанной стилизованными растениями, животными и инициалами хозяина дома, сохранившийся до наших дней. Дом украсили две кариатиды, чуть ли не копии тех, что поддерживали балкон губернаторского дома. Это так возмутило губернатора Янушевского, что он подал на Торбина в суд. Но кариатиды уцелели и были разрушены лишь в советское время [1, с. 377].

Поражала богатством и внутренняя отделка здания. Пол первого этажа - из метлахских плиток. На второй этаж вела чугунная литая, с узорами и рифленой поверхностью, лестница (сохранилась до наших дней). Гостиный зал был декорирован лепными филенками с растительным орнаментом. Все прочие комнаты также украшали лепные, расписанные потолочные украшения и хрустальные люстры. Паркетные полы, изразцовые печи с лепными, барочного типа рисунками, прекрасная домашняя обстановка - все говорило о достатке семьи... [2, с. 254]. 

Здание Дома Торбина. 1922 г. в те годы - здание Губисполкома.

С установлением советской власти семья Торбиных была изгнана из своего дома, где обосновалась какая-то воинская часть, затем - Кагановический райком комсомола г.Ставрополя, возглавляемый большевичкой А. Бахтиной. Потом здесь размещалось краевое управление связи во главе с Л.А. Тер-Григоряном. После войны в бывших апартаментах Торбиных расположился краевой комитет радиовещания, возглавляемый сначала С.Бросовым, затем И.Лукьяновым. В разные периоды оттуда вели радиопередачи дикторы Б.Данильченко, Л. Черная, М. Кандыбко, З. Поздняева, Э. Карвинская... [2, с. 254]. 

До недавнего времени Дом Торбиных занимали службы радиокомитета и электросвязи  [1, с. 377]. Сегодня, после длительной реставрации, в здании открылось косметологическая клиника.

Кариатиды на Доме Торбина. 1922 г. 

Подробнее про историю Дома Торбина Вы можете узнать здесь: https://t.me/gorodskie_istorii_bot 

P.S.: Список источников и литературы:

1. Беликов, Г.А. Облик старого Ставрополя. В 2-х книгах. Кн. 2. / Г.А. Беликов, С.Н. Савенко. – Пятигорск: Снег, 2007. – 496 с.: ил.

2. Беликов, Г.А. Старый Ставрополь / Г.А. Беликов. – Ставрополь: Изд. – полигр. фирма «Ставрополье», 2009. – 359 с.

Гостиница "Москва"

Здание бывшей гостиницы "Москва". Советские годы.

Сразу за бывшим базаром, на углу сегодняшних улиц Маршала Жукова и Советской, возведен современный торгово-жилой дом. До 60-х годов ХХ столетия здесь был колхозный заезжий двор, который возник в усадьбе братьев Меснянкиных, экспроприированный в советские годы. 

Далее по улице Советской расположился Дом физической культуры. а за ним - двухэтажный с улицы и трехэтажный со двора каменный дом - когда-то престижная гостиница "Москва".

Первым владельцем этого усадебного места, некогда находившегося на северной стороне большого водоема, образованного за счет устроенной плотины, перегородившей речку Желобовку, был штабс-капитан Росляков, родоначальник известного в дальнейшем рода интеллигенции Ставрополя. В начале 30-х годов XIX столетия Росляков умирает, а его усадебное место переходит во владение Ината Волобуева.

«На приобретенном мною месте, пишет Волобуев в Присутственные места, ранее принадлежавшем штабс-капитану Николаю Рослякову, построил я в 1836 году напротив Присутственных мест двухэтажный дом с погребами. Дом каменный, с фасадной стороны в два этажа, а с надворной стороны трехэтажный, с галереями, под домом - сводчатый подвал. В усадьбе каменный флигель с погребами и двумя лавками. Еще дом с галереей. Место огорожено забором. Дом оценен в 26000 рублей серебром, прочие постройки в 3500 рублей. А всего в 29500 рублей..."

Из этого же архивного документа выяснилось, что дом строил архитектурный помощник Славянский. Известно, что Петр Славянский, в дальнейшем губернский архитектор, построил в Ставрополе не один дом, в том числе сказочный терем под городскую Думу на юго-западном склоне Крепостной горы.

В 1864 году дом наследников Игната Волобуева был сдан ими в аренду предпринимателю Сергею Новикову, который сделал полную перепланировку здания под гостиницу «Москва». Предназначалась она не для торгового люда, оккупировавшего район Верхнего базара, а для ленных просителей Присутственных мест, где главными были канцелярия губернатора, контрольная палата, казначейство. То есть для людей состоятельных.

Между тем род Волобуевых после смерти Игната Юдовича начал приходить в упадок, а принадлежавшая им собственность стала переходить в другие руки. Гостиница «Москва» ока-залась у представителя новой волны предпринимателей - Степана Александровича Саломатина. Он перестраивает старый дом, одновременно закупив самое современное гостиничное оборудование.

В 20-е советские годы хозяевами гостиничного комплекса стали семьи милиционеров города. Он становится достаточно престижной коммуналкой. Но сегодня здание бывшей гостиницы «Москва» уже не вписывается в окружившие ее новые строения.

P.S.: материал взят из книги Г. Беликова "Старый Ставрополь".

Дом Ртищевых

                                         Дом Ртищева. Улица Дзержинского, 92. 2020-е гг.

Роду Ртищевых. представители которого владели знаменитой Ртищевой дачей, принадлежало много домов в Ставрополе. В их собственности находился и каменный одноэтажный особняк на бывшей Александровской улице, сразу за усадьбами врача Любомирского и купца Тихона Похомова. Хозяином его был городской голова с 1894 по 1898 год, почетный гражданин города Ставрополя, руководитель городского банка - Сергей Иванович Ртищев.

Помимо хозяина дома с семьей, здесь жила семья их близких родственников - Бориса Андреевича Филиппова,в дальнейшем известного профессора Вашингтонского университета. публициста, прозаика, поэта, долгое время возглавлявшего издательство США "Международное литературное содружество". Издательство это, благодаря Борису Филиппову, выпустило в свет собрания сочинений Николая Гумилева и Осипа Мандельштама, Максимилиана Волошина и Николая Клюева, Бориса Пастернака и Анны Ахматовой, русских философов - Сергея Аскольдова, Константина Леонтьева, Сергея Булгакова, Федора Степуна и многих других. 

Борис Андреевич Филиппов родился 5 августа 1905 года в Ставрополе, в семье полуротного офицера 249-го Майкопского резервного батальона Андрея Андреевича и его супруги, дворянки, Лидии Андреевны, в девичестве Козиной. Род Филипповых в Ставрополе ведет своё начало с 30-х годов прошлого столетия, с сосланного сюда за участие в польском восстании деда будущего писателя, отпрыска дворян-шляхтичей.

Вскоре семья Андрея Андреевича перебралась в Забайкалье, где он продолжил военную службу в 19-м Сибирском полку. С начала Первой мировой войны, уже капитан, Филиппов оказался на передовых позициях и 2 октября 1914 года в бою под Варшавой пал смертью героя.

Пришлось осиротевшим домочадцам перебраться к родственникам в Москву, а затем в 1917 году - в родной Ставрополь, где жили двоюродные братья  Лидии Андреевны - Павел и Петр Ртищевы. Тогда они и поселились в доме Сергея Ивановича Ртищева, покинувшего Ставрополь до прихода большевиков в город.

О жизни в городе начала 20-х годов прошлого столетия Борис Филиппов писал позже в своих книгах "Всплывшие в памяти" и "Избранное". 

В "Новом журнале", М., 2002, №226, журналист Валентина Синкевич писала о дальнейшей жизни будущего писателя общественности:

"Борис Филиппов (настоящая фамилия Филистинский) - прозаик, поэт, историк литературы. эссеист, публицист, редактор, библиограф, профессор-славист - в США жил под своей литературной фамилией Филиппов. Он родился до революции - 6 августа 1905 года в Ставрополе Кавказском в семье офицера императорской армии. В советское время его мать стала зубным врачем. Он учился в московской классической гимназии, среднее образование завершил в Ставрополе Кавказском; в 1928 году закончил Ленинградский институт восточных языков, затем учился в вечернем Институте промышленного строительства и Главстройпрома, работал в ленинградских строительных учреждениях. Его неоднократно арестовывали по обвинению в контрреволюционной деятельности, а в 1936 году сослали на пять лет в лагеря НКВД. Освободили его в 1943 году с поражением в правах на три года..."

Война застала Бориса Филипповича в Нижнем Новгороде, откуда он с отступающими войсками оказался в Германии, а позже, изменив фамилию, перебрался в США. Кстати, та же Валентина Синкевич писала: 

"Борис Андреевич Филиппов, Фамилия, как у многих авторов второй эмиграции (Кленовский, Елагин, Моршен, Трубецкой, Нароков, Ржевский, Юрасов, березов и др.),- не настоящая. "Все мы писали под псевдонимами, - объясняет он, - и эти псевдонимы не были чисто литературной уловкой. Нет, нас принуждала к ним горькая судьба бывших советских граждан. обреченных на выдачу по Ялтинскому соглашению..."

Умер Борис Филиппов в мае 1991 года, до конца дней своих тоскуя по Родине, по Ставрополю. В одном из последних своих стихов он писал: 

Чужое небо надо мной.

Чужое солнце надо мной,

Язык чужой, народ иной

И чуждые глаза... 

Нет, я хотел бы умереть

В земле родной мне умереть,

На языке родном мне петь 

Под золотой сосной.

Небезынтересно, что и сегодня в усадьбе Ртищевых рядом с домом растет раскидистая ель, посаженная руками Бориса Филиппова. Она дожила до нашего времени. Старый "ртищевский дом" долгие советские десятилетия занимала семья известного в городе гинеколога Савичева...

P.S.: при подготовке данной статьи использовалась книга Г.А. Беликова и С.Н. Савенко "Облик старого Ставрополя". 

Дом Бруна

На северо-западном углу улиц Ленина и Маршала Жукова сегодня стоит чудом сохранившийся старый двухэтажный дом, где до недавнего времени находилось кафе «Русский чай». Дом этот на протяжении долгих десятилетий принадлежал семье обрусевших немцев, родоначальником которой был губернский секретарь Андрей Иванович Брун. В 1862 году Брун подает заявление в Присутственные места: «На принадлежащем мне месте, состоящем во второй части города Ставрополя на Госпитальной улице, желаю я построить каменный дом со службами» [1, с. 338]. 

Дом Бруна. 2020-е гг.

Дом строился известным ставропольским архитектором Георгием Федоровичем Прокопцом.  К новому поколению ставропольских архитекторов 2-й половины прошлого века относился и Георгий Федорович Прокопец, закончивший Петербургское строительное училище. С 1867 года он начал службу в Ставрополе с должности младшего архитектора строительного отделения Ставропольского губернского правления, дослужившись до чина коллежского советника и нагрудного ордена Св. Анны 3-й степени. За 10 лет службы в губернском центре он сделал многое. Именно с него началась реконструкция Николаевского проспекта, когда он перестраивает особняк купца Епифанова, где позже обосновался Азово-Донской коммерческий банк. Чугунный балкон этого здания, накрывший весь тротуар, и сегодня сохранился по пр. К. Маркса, 68. На углу Вельяминовской и Театральной улиц делает пристройку к дому купца Ивана Чувалова, где надолго обосновался частный банк «М. Попов и К°» [2, с. 765].

Одновременно на территории дома Бруна был разбит и большой фруктовый сад. На противоположной стороне сегодняшней улицы Жукова, в дореволюционный период носившей имя ставропольского губернатора Властова, построил двухэтажный дом известный купец и предприниматель Павел Данилович Извозщиков (в советское время там находился высотный дом с часами). К юго-востоку от дома Бруна в то время был пустырь, где по инициативе Андрея Ивановича в том же 1862 году был заложен первый камень евангелистско-лютеранской церкви [1, с. 338].

В устройстве лютеранской церкви принимали участие немцы, проживающие во всех колониях губернии. Деньги жертвовали и великосветские особы, в том числе члены царской семьи. Так, на письмо ставропольского генерал-губернатора Пащенко на имя наместника на Кавказе последовал ответ: «Вследствие ходатайства Вашего Превосходительства об оказании пособия на постройку в городе Ставрополе Лютеранской церкви, Их Императорское Высочество Государь Великий Князь Михаил Николаевич и Государыня Великая Княгиня Ольга Федоровна соизволили пожертвовать на означенное предприятие 5000 рублей серебром"[3, с. 213].

В конце XIX столетия хозяином дома Бруна становится его сын Анатолий Андреевич, жандармский полковник. Человек высокообразованный и энергичный, он вошел в историю города как ярый борец с местными революционерами, в основном, гимназистами и гимназистками, такими, как М. Акулов, В. Косенко, Г. Грабенко, В. Бредихин, М. Родолицкий и другие [3, с. 213].

Дом Бруна. 1990-е гг. Кафе "Русский чай". 

В советское время особняк был приспособлен под коммуналку, затем началась его многократная реконструкция. В 1980-е-1990-е гг. здесь находилось кафе "Русский чай". В 2000-е и 2010-е годы в этом здании находились различные банки. В настоящее время в бывшем доме Бруна находится столовая №1.

P.S.: при подготовке данной статьи использовалась следующая литература:

1. Беликов, Г.А. Облик старого Ставрополя. В 2-х книгах. Кн. 1. / Г.А. Беликов, С.Н. Савенко. – Пятигорск: Снег, 2007. – 496 с.: ил.

2. Беликов, Г.А. Белокаменный град / Г.А. Беликов// Ставрополь в описаниях, очерках, исследованиях за 230 лет. – Ставрополь: СГУ, 2007. – С. 761 – 767.

3. Беликов, Г.А. Ставрополь Губернский / Г.А. Беликов, С.Н. Савенко. – Пятигорск: Снег, 2012. – 275 с.: ил.